//Вячеслав Ишутин: «Нам к трудностям не привыкать – бывало и хуже»

Вячеслав Ишутин: «Нам к трудностям не привыкать – бывало и хуже»

Вячеслав Федорович Ишутин, директор ОАО «Боринское», уже почти тридцать лет выпускающего бытовые газовые котлы, встретил меня в своем рабочем кабинете в маске: «Ну, заходи, «Неоновый Город», заходи, не бойся — хоть я и в маске, но не кусаюсь». И помолчав, невесело пошутил: «Пока еще не кусаюсь, но если ситуация не изменится к лучшему, то, наверное, скоро буду». Завод тем не менее работает — ОАО «Боринское» вошло в перечень системообразующих предприятий, которым было разрешено осуществление деятельности в условиях режима самоизоляции.

— Текущий год начался для нас на оптимистической ноте — в первом квартале 2020 года мы нарастили на 10 % объем производства по всей номенклатуре нашей продукции, — рассказывает Вячеслав Федорович. — Не отставала от производства и реализация: котлы хорошо продавались во всех регионах России, где работают наши дилеры.

— Вячеслав Федорович, в сегодняшних условиях как вам удается сохранять производство?
— С большим трудом — его падение составило более 70 процентов. Осложняет ситуацию и то, что зарубежные предприятия, поставляющие нам комплектующие, практически все стоят. Спасает то, что у нас есть запас горелок и автоматики еще на месяц работы. И если китайские контрагенты начинают понемногу оживать — поставки из Китая уже возобновляются, то в Италии и поныне никто не работает. Впрочем, там особо и не переживают по этому поводу — правительство Италии поддерживает свои предприятия финансово, выделяя им средства на выплату зарплаты сотрудникам. Не карантин, а отдых! А вот мне надо ломать голову, из каких средств выдавать зарплату своим рабочим, которых у нас более трехсот. За весь апрель ни одного нашего котла не продано — все склады и магазины в пятидесяти с лишним регионах России, где реализуется наша продукция, закрыты! Котлов твоих у нас полно, говорят мне дилеры, но мы не работаем. Наша продукция не продается, и деньги, соответственно, не поступают. Мы в этом году не получили даже 30 процентов тех поступлений, что имели по состоянию на апрель 2019 года. А народ идет ко мне, интересуется, где зарплата? Вот и думай…

— Разве ОАО «Боринское» не включено в перечень предприятий, пострадавших от карантина?
— Мы включены в перечень системообразующих предприятий, а вот в списке предприятий, пострадавших от карантина, почему-то не значимся. Не так давно с высоких трибун заявляли, что предприятие, где падение производства составило более 30%, будет считаться пострадавшим. У нас же, напомню, 70% падения, но ОАО «Боринское» не считается пострадавшим! А тем временем приближается сезон сбыта. Мало того: из налоговой звонят, говорят, мы, дескать, понимаем, что у вас трудности, но НДС платить надо. Ну хотя бы отсрочили налоги! А лучше вообще бы их отменили на период карантина. Игра идет по непонятным правилам: рестораны и магазины пострадали, а мы, системообразующее предприятие, где работает 300 сотрудников, у каждого из которых в семье по 3-4 человека, в шоколаде — не пострадали. Звонишь в банк, а там говорят, что помочь не могут, поскольку ОАО «Боринское» не входит в список предприятий, пострадавших от карантина. Ситуацию могли бы облегчить беспроцентные кредиты — я уж не говорю про безвозвратные ссуды, которые выдаются в странах Запада, в той же Италии. А мы двадцать с лишним лет работали честно, были законопослушным предприятием. У нас никогда не было «серых» конвертов, зарплату выдавали только «белую», мы всегда аккуратно платили налоги. Наши рабочие получали все положенные льготы. Чтобы сохранить предприятие и кадры, нам нужна поддержка, а ее нет. Получается, что спасение утопающих — дело рук самих утопающих. Хотя нам к трудностям не привыкать — бывало и хуже.

— В девяностых?
— В том числе и в девяностых, когда советское сельское хозяйство рухнуло и завод по ремонту тракторной техники, которым я руководил в те годы, приказал долго жить. Развал того завода был ошибкой. Тогда в верхах наивно думали, что всё необходимое мы привезем с Запада. Что в итоге? Полная зависимость России от поставщиков сельхозтехники из-за рубежа. Работаем на Европу! А в свое время мы восстанавливали 80% деталей тракторов. Сейчас, увы, это никому не нужно — государство в этом не заинтересовано. Сельским хозяйством России сегодня руководят люди, которые, образно говоря, никогда не видели живую корову. Но даже в таких условиях мы в 90-х не потерялись и, чтобы выжить, начали новую жизнь, наладив с нуля выпуск газовых котлов. И, как видите, не потерялись и заняли свою нишу на рынке.

— Возможно ли, чтобы такая ситуация, как сегодня, возникла в советские времена?
— Честно говоря, мне трудно такое представить. Сегодня те времена вспоминаются нам словно сладкий сон. Потому что была плановая система производства, и мы были уверены в завтрашнем дне, знали, какие задачи,
в каком объеме и за счет каких средств нам предстоит
решать. А сейчас мы оказались в каменном веке и даже не представляем, сколько и какого оборудования нам
потребуется завтра. Живём, как насекомые, одним днем.
О какой поддержке со стороны государства можно говорить там, где правят законы рынка?! Нас, скорее, топят, чем поддерживают. Налоги растут со скоростью грибов после дождя — сначала молчком увеличили на 2% НДС,
а потом стали брать налог на утилизацию.

— А в чем заключается утилизация?
— Мне бы тоже хотелось знать в чем! На самом-то деле человек просто сдает старый котел, отработавший свой век, в металлолом, да еще деньги за это получает. А берут с нас! Это же не легковая машина, которую надо разбирать! Ну какая еще утилизация?! Много ли на нее тратится средств? А для нас это несколько миллионов рублей, которые можно было бы потратить на развитие. Дальше — больше: цены на металл выросли почти в два раза. Кредит в банке взять чрезвычайно сложно. У нас сейчас в регионах развивают особые экономические зоны, привлекают иностранных инвесторов, которые строят заводы, где работают не более двух десятков человек. А у меня их больше трехсот, да плюс к этому я держу на балансе ОАО «Боринское» спорткомплекс, в котором бесплатно занимаются дети. Возникает вопрос — почему государству не поддержать такое предприятие, как наше? У нас зимы долгие и холодные. Котел, если хотите, это дело государственной важности!

— Вячеслав Федорович, новые модели котлов планируете выпускать?
— Нет, не планируем. У нас и без того более 70 наименований газового оборудования тепловой мощностью от 7 до 100 кВт. Так что пока будем совершенствовать то, что есть: доведем до ума горелку, улучшим дизайн и внешний вид котлов, над чем много работаем последние годы. Узел нашей горелки, как и прежде, останется энергонезависимым. Это значит, что их не нужно подключать к сети электроснабжения, которая на селе порой дает перебои. К тому же у импортных агрегатов температура отходящего газа на выходе из котла не превышает 100 градусов, что при наших морозах губит дымоход. Поэтому мы в своих котлах держим температуру более 200 градусов, чтобы дымоход был чистый и агрегат служил дольше. Жители сел и загородных коттеджных поселков — вот наш основной рынок. А какая, скажите, может быть альтернатива газовым котлам в селах России, имеющей самые большие запасы природного газа в мире? К тому же мы увеличили КПД наших котлов до 90-91% — это главный показатель, характеризующий работу газового оборудования.

— Это важно для покупателя?
— От КПД котла зависит, сколько вы будете платить за газ — как вы думаете, это важно в нынешнее непростое время, когда денег у людей кот наплакал? Чем выше КПД котла, тем более рационально используется в нем газ.

— А КПД импортных котлов выше?
— Мы уже сравнялись по КПД — у них он такой же, ничуть не выше. У всего есть свой физический предел, выше которого не прыгнешь. И если какие-то производители утверждают, что приблизили КПД к 100%, это, скорее всего, фикция и агрессивный маркетинг. Выше 92% не прыгнешь! Хотя язык человеческий без костей, можно говорить все, что угодно, но при действующих технологиях это нереально. Можно, конечно, собрать экспериментальную установку, где будут использоваться конденсат и энергия отходящих газов, но она будет стоить не меньше, чем космический корабль и запускать ее в серийное производство для массового покупателя — безумие.

— Вячеслав Федорович, импортные котлы намного дороже?
— Раза в два, не меньше. Они все, как правило, в настенном исполнении, для городского жилья. В них очень сложная электроника, которая очень чувствительна к скачкам напряжения, какие у нас в сельской местности порой случаются. Наш односельчанин, помню, купил себе такой котел, сказал, закончилась гарантия, у него вышла из строя электронная плата за 10 тысяч рублей, которую он долго искал. У импортных котлов не менее сложная система газораспределенния, рассчитанная на чистый газ — дополнительно очищенный. А вот наши котлы, «крестьянские», они просты и надежны в управлении.

— Разве наш газ во внутренней сети не чистый?
— Чистый, конечно, но все же не в такой степени. А в Европе он подвергается дополнительной очистке перед подачей потребителям. У нас так не делают, поскольку это связано с немалыми дополнительными расходами. Более того, в европейских странах иные требования к электроснабжению — перепады допускаются самые минимальные. Однако в Европе при сборке газовых котлов не учитывают «национальные особенности» российского газо- и электроснабжения — делают всё одинаково для всех стран, в том числе и России, в соответствии с европейскими стандартами.

— Электронную начинку котлов ставите импортную?
— Не только импортную, но и отечественную, из Ульяновска. Она ничуть не хуже и по качеству, и по техническим характеристикам. Да, не скрою, раньше отечественная электроника была слабее, но современные экономические реалии заставляют всех мобилизоваться и поддерживать высокий уровень качества — иначе на рынке ты не жилец, будешь не у дел. Однако курс валюты растет, импортные комплектующие для автоматики и горелок импорту покупать всё дороже. В текущий период обвал на валютном рынке дает нам в среднем тысячу рублей потерь в пересчете на один котел — прибыльность и уровень рентабельности снижаются почти до нуля. Да и российские производители металла не теряются — цены задирают. Всё к одному!

— В такой обстановке, наверное, не до модернизации оборудования?
— Да нет, барахтаемся как та лягушка в крынке с молоком, которая в итоге масло сбила (улыбается). В этом году мы выиграли грант Фонда Бортника, как называют фонд содействия развитию малых форм предприятий в научно-технической сфере, на сумму 15 млн. руб. Приобретем, если выживем, оборудование для изготовления облицовки котлов, ножницы для металла и листогибочное устройство с программным управлением, установку лазерной резки. У нас в этом году будет проведено тестирование производства экспертами Федерального центра компетенций (ФЦК) в рамках национального проекта «Производительность труда и поддержка занятости», в основе которого лежит система бережливого производства. Без заключения экспертов ФКЦ мы впредь не сможем участвовать в каких-либо льготных программах.

— Как решаете кадровую проблему?
— Справляемся помаленьку — мы же системообразующее предприятие (улыбается). На нашем заводе работают не только свои, боринские, но также люди из Липецка и окружающих сел. Сейчас на предприятиях запретили проводить обучение, а зря! Впрочем, это, наверное, кому-то выгодно, но уж точно не стране и производству. Ведь каждый чих стоит денег, и немалых! У нас профессиональное обучение велось на совесть. Ну кто, скажите на милость, лучше нас самих знает, чему и как обучать. Раньше на заводе работала комиссия, в состав которой входили специально аттестованные опытные сотрудники — под их контролем вчерашние ученики становились квалифицированными рабочими высоких разрядов. Разве может приезжий дядя со стороны, пусть даже он и великий специалист, лучше нас самих сделать заключение об уровне квалификации нашего же работника?!

— «Социалку» будете поддерживать?
— Ну кем это надо быть, чтобы ее бросить? Продолжаем строить четырехквартирный дом, заложили фундамент еще одного, двухквартирного. Строить, конечно, нелегко – от государства никакой поддержки нет. А вот в советские времена, коли уж мы с вами их вспомнили, была программа строительства жилья для своих рабочих — у нас строилось ежегодно не менее 25-27 квартир. Мы их сами обслуживали, без всяких управляющих компаний, тогда не было и не могло быть каких-то проблем с ЖКХ, жильцов не обдирали, как липку. Был даже свой детский сад.

— Дворец спорта будет оставаться на балансе вашего предприятия?
— Дворец спорта частникам не отдам. Да, будет оставаться на нашем балансе. Я один такой в Липецкой области остался. Мне уже сто раз говорили, что ты, Ишутин, тащишь это ярмо. А мне жалко тех 200 ребятишек, которые там бесплатно занимаются. Хотя мог бы экономить два миллиона в год! Но такая экономия в погибель. Я не раз обращался к властям, напоминал им о том, что существуют программы оздоровления нации, но всё как об стенку горох. Так что поддерживаем дворец спорта, покупаем форму, даем транспорт, оплачиваем поездки, содержим в штате предприятия тренеров и персонал дворца спорта. Знаю, что крутят пальцем у виска, мол, ненормальный этот Ишутин. Но лучше быть ненормальным, чем допустить, чтобы дети, занимающиеся спортом, лазили по подворотням. Главное — они вырастут нормальными людьми. На том стоим!

Владимир БАШМАКОВ
Фото автора